Версия для слабовидящих +7 (48762) 7-37-08 +7 (48762) 7-36-44
https://uk-cert.ru
Учебно-консультационный центр аварийно-спасательных формирований
 

Психические нарушения при различных катастрофах

     Распространенность психических нарушений и конкретная картина психопатологических нарушений при различных катастрофах различна.

     Одним из наиболее сильных психотравмирующих воздействий обладают землетрясения. Так, исследователи отмечают, что при землетрясении в Мессине (1908) "большинство переживших сошло с ума, оставшиеся здоровыми в лучшем случае так потрясены разразившимся бедствием, что не способны ни к какой деятельности".

     Население Ашхабада после землетрясения находились в состоянии своеобразного ступора с глубокой внутренней замкнутостью, абсолютным безразличием к окружающему. Люди двигались как механизмы, не обращая внимания на сигналы автомобилей, на крики и стоны раненых, трупы, лежавшие на улице.

     Схожую картину описывает журналист, находившийся в момент землетрясения в г. Банялуку (1969): «Люди окаменели и не двигались. Затем бежали без цели. Находившееся в парке, бежали к зданиям, что абсолютно нецелесообразно. Некоторые теряли сознание и стояли как окаменелые”. Через некоторое время описывается, как “люди бродят по городу с отсутствующим видом и задают бессмысленные вопросы. Например, “почему идет дождь?”, хотя в это время была хорошая погода».

     Землетрясение в Скопле (1963) разрушило город на 80% за 20 секунд. По данным исследователей острые реактивные состояния наблюдались у всех жителей города. В последующем у 20% это состояние быстро прошло, у 70% продолжалось от нескольких часов до 2-3 суток, а у 10% наблюдались тяжелые психические последствия. Первая реакция (5.17 утра) носила характер паники. Отмечены случаи, когда обезумевшие родители выбрасывали детей из окон многоэтажных зданий, затем выпрыгивали сами и разбивались. В последующем описывается 3 фазы. Первая (2-3 дня) - состояние тяжелой депрессии, угнетения, ступора. Люди совершенно не реагируют на окружающее, бродят по развалинам, как будто разыскивая что-то, или сидят неподвижно. Вторая (5-12 дней) - у одних сохраняется депрессия, становясь менее выраженной, у других появляется возбуждение, беспокойство, расторможенность. У детей - недержание мочи, у беременных – спонтанные аборты и преждевременные роды.  Третья фаза характеризуется сглаживанием психопатологических проявлений и началом адаптации.

     Значительный процент психогений дали также катастрофы в Чернобыле, разрыв газопровода в Башкирии, транспортные аварии и др.

     Возникновение новых, ранее редко встречающихся психотравмирующих ситуаций связано с военными конфликтами и участившимися террористическими актами против мирного населения. В связи с этим весьма интересна схема организации экстренной психиатрической и психотерапевтической помощи сотрудникам ВМК “Защита” при теракте в г. Буденновске.

     Социально-психологическая ситуация в городе характеризовалась следующем комплексом различных по своей природе факторов:
          - состояние неопределенности и неизвестности, отсутствие достоверной информации, постоянное ожидание штурма больницы, что ставило под сомнение возможность значительной группы заложников;
          - неудачные попытки штурма больницы с отсутствием информации о количестве жертв, постоянными слухами о значительном числе погибших заложников и случаев зверских расправ над ними; 
          - тяжелые бытовые, в которых оказались захвачены люди (1100 чел.): отсутствие пищи, достаточного количества воды, возможность физиологических отравлений и удовлетворения других витальных потребностей;
          - расстрел мирного населения на площади городского рынка (более 100 жертв) непосредственно перед захватом заложников;
          - жестокость действий террористов, породившее у мирного населения ощущение незащищенности и уязвимости;
          - значительное число людей, чьи родные, близкие и знакомые оказались в руках у террористов, полное отсутствие информации об их судьбе.

     Организация работы строилась на определенных принципах. Один из врачей находился в “полевых” условиях (непосредственно среди прибывающих групп заложников). В задачу врача входило выявление лиц с острой психотической симптоматикой; лидеров, индукторов паники и других лиц, представляющих опасность либо для себя, либо в отношении индукции нежелательных массовых реакций. В обязанности второго психиатра входило первичное освидетельствование лиц, направленных на психиатрический прием, а также оказание помощи больным за пределами территории госпиталя. Третий врач оказывал неотложную помощь и занимался организацией эвакуации.

     В состоянии заложников отмечены истероформные, оппозиционно- дисфорические реакции с ярко окрашенными, трудно корригируемыми переживаниями антисоциального характера, получившими в литературе название “синдрома заложника” или “стокгольмского синдрома”. Как правило, пострадавшие в резкой форме обвиняли освобождавших их военнослужащих, администрацию, органы местной и центральной власти, медицинских работников в ”безразличии к их судьбе”, “предательстве”, ”зверских расстрелах”. В то же время действия террористов воспринимались ими в некоем “рыцарском”, “благородном” ореоле. Даже незначительные действия террористов, направленные на удовлетворение минимальных и элементарных потребностей заложников, трактовалось как яркие акты бескорыстного милосердия и гуманности. Попытки рационального переубеждения не принимались во внимание, более того – врач в этой ситуации воспринимался как представитель враждебной стороны. Подобного рода высказывания чаще встречались среди женщин молодого и среднего возраста с низким уровнем образования.

     У работников госпиталя, приданных ему медицинских работников и бойцов охраны чаще наблюдались астенические и невротические состояния, характеризующиеся слабостью, нарушением сна, эпизодами немотивированного беспокойства раздражительностью или наличием выраженных признаков дневной сонливости.

     Среди гражданского населения преобладали астенические расстройства. Считающиеся типичные для экстремальных ситуаций аффективно-шоковые реакции по типу паники не наблюдались.